Главная

 

 

О нас

 

Услуги

Документы

Контакты

 

Выявление и оценка ошибок, допускаемых

при решении задач, ставящихся перед судебным

экспертом-строителем

 

А.Ю. Бутырин (Российский федеральный центр судебной экспертизы)

 

Доказательственное значение экспертного заключения определяется такими показателями, как его истинность, внутренняя непротиворечивость, точность всех действий, оценок и выводов сведущего лица. Допущенные экспертом ошибки снижают доказательственную силу заключения либо вовсе делают невозможным его использование в процессе доказывания.

Экспертные ошибки, в отличие от заведомой ложности заключения, – это результат добросовестного заблуждения, они выражаются в неправильном выборе и использовании сведущим лицом научных положений, методических подходов, логических построений, методов, приемов и средств. Экспертные ошибки в теории судебной экспертизы подразделяются, в частности, на гносеологические (познавательные) и деятельностные (операционные).

Гносеологические ошибки включают в себя логические и фактические (предметные). Л о г и ч е с к и е  связаны с нарушением в содержательных мыслительных актах законов и правил логики, а также некорректным применением логических приемов и операций. Они подразделяются на ошибки в отношении доказываемого положения и ошибки в аргументации, типичными из которых являются, например, смешение причинной связи с простой последовательностью во времени или обоснование доказываемого положения аргументами, которые сами по себе являются верными, но из которых доказываемое положение не вытекает. Ф а к т и ч е с к и е  ошибки – искаженные представления об отношениях между предметами объективного мира. В экспертной практике это «случаи необоснованного использования для обоснования экспертного вывода признаков «нейтральных» для решения поставленной задачи»[1]. Например, при установлении «цепочки» событий, причинно связанных между собой и обусловленных отступлениями от требований специальных правил, регламентирующих процесс ведения строительства, включаются события (действия, явления), также обусловленные указанными отступлениями, но причинно не связанные с расследуемым событием.

 

Ошибки в действиях (операционные) связаны с нарушениями предписанной последовательности действий, направленных на решение экспертной задачи, обусловлены отступлениями от методики их осуществления, неправильным использованием средств исследования (оборудования, инструментов) или использованием ненадлежащих средств и т.п.[2]

Причины экспертных ошибок подразделяются на объективные и субъективные.

 

К  о б ъ е к т и в н ы м  относятся:

отсутствие разработанной методики экспертного исследования данного рода, вида объектов;

несовершенство используемой экспертной методики;

применение ошибочно рекомендованных методов;

отсутствие полных данных, характеризующих ценность признаков, устойчивость их отображения в следах;

использование приборов и инструментов, неисправных или не обладающих достаточной разрешающей способностью;

использование неадекватных математических моделей и компьютерных программ.

 

К  с у б ъ е к т и в н ы м  о ш и б к а м  относятся:

профессиональная некомпетентность эксперта, проявляющаяся, помимо прочего, в его попытках решить вопросы, относящиеся к той области специальных знаний, которыми он профессионально не владеет;

профессиональные деформации личности эксперта: поверхностность проводимого исследования, пренебрежение методическими рекомендациями и т.п.;

дефекты органов чувств эксперта и его неординарные психические состояния (стресс, конфликт в коллективе, усталость и т.п.);

характерологические черты личности эксперта: неуверенность или, наоборот, преувеличенная уверенность в своих знаниях, опыте, умениях, повышенная внушаемость, мнительность, конформизм и др.;

влияние материалов дела, в том числе заключения предшествующей экспертизы или авторитета проводившего ее эксперта, поведения следователя (судьи), руководителя экспертного учреждения;

стремление проявить экспертную инициативу без достаточных для того оснований, утвердить свой приоритет в применении нетривиальных методов, отличиться новизной и дерзостью решения, оригинальностью суждения и выводов;

логические дефекты умозаключений эксперта;

дефекты в организации и планировании экспертного исследования[3].

 

Существует также деление экспертных ошибок на процессуально-правовые, организационно-технические и методические[4].

Какую бы классификацию мы не приняли за исходную, отмечает ряд авторов,[5] главным остается то, что судьи и следователи должны знать виды этих ошибок и их природу, а в процессе оценки всех параметров заключения эксперта уметь обращать внимание на те факторы, которые могут свидетельствовать об экспертной ошибке или указывать на те «узкие» места, где такая ошибка может скрываться.

Достаточно распространенными на практике являются экспертные исследования, направленные на установление причинной связи между отступлениями от требований специальных правил, регламентирующих вопросы выполнения производственных операций, эксплуатации зданий и сооружений, безопасности труда в строительстве, и наступившими последствиями. В таких случаях эксперт должен сначала установить факт указанных отступлений, а затем его причинную связь с последствиями.

Оценивая заключение эксперта, следователь и суд могут не согласиться с первой частью суждения сведущего лица, тогда и вторая часть будет признана недостоверной. Это бывает в случаях, когда расследуемое событие связано причинно не с отступлениями от требований специальных правил, а с обстоятельствами, вызванными надлежащими действиями обвиняемого (например, безупречное во всех отношениях распоряжение руководителя строительной организации может быть неправильно истолковано). В таких заключениях, как правило, подменяются понятия, определяющие события (действия), которые могут быть причинно связаны с последствиями. Вместо факта отступления от требований специальных правил приводятся другие факты, связанные с поведением обвиняемого (подозреваемого, ответчика, лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении) и пр.

В тех случаях, когда в заключении отражены ход и результаты исследования, основанного на экспериментальных данных, необходимо обратить внимание на полноту, подробность (степень детализации) описания исследуемого события и события, моделируемого в ходе проведения эксперимента. Недостаточная подробность такого описания не позволит оценивающему лицу судить о том, насколько условия эксперимента соответствовали условиям происшедшей аварии (несчастного случая), и, соответственно, может породить сомнение в достоверности выводов, формулируемых по результатам проведения такого рода экспериментов. Впрочем, эти сомнения могут быть развеяны в ходе допроса эксперта. Иначе обстоит дело в тех случаях, когда описание, обладающее должной полнотой и детализированностью, выявляет несоответствие условий реального и моделируемого событий. Здесь отсутствие достоверности выводов экспертов становится очевидной.

Заключение эксперта, как уже отмечалось, не может быть оценено положительно по рассматриваемому критерию в тех случаях, когда между отдельными смысловыми фрагментами текста этого документа отсутствует логическая взаимосвязь. Речь идет о неправильном использовании экспертом логических приемов при построении своих суждений, неверных трактовках, неточностях в построении умозаключений, которые могут встречаться при решении практически любой экспертной задачи. Если такие недостатки в работе эксперта выявятся, заключение не будет признано достоверным. Следует отметить, однако, что на практике негативные оценочные суждения такого рода зачастую бывают ошибочными. Это касается, прежде всего, кажущихся несоответствий между отраженными в исследовательской части заключения суждениями о наличии в действиях конкретных лиц отступлений от требований специальных правил и выводах о невозможности предотвратить травматическое (иное негативное) событие. Критика таких суждений может быть необоснованной: ненадлежащее действие обвиняемого (ответчика и пр.) или (и) потерпевшего могут и не быть связаны с происшедшим, и даже если бы эти действия соответствовали норме, предотвратить негативное событие было бы невозможно. В подобных ситуациях названные противоречия являются мнимыми.

Действия лиц, так или иначе связанные с расследуемыми (разбираемыми в судебном порядке) событиями, отличаются большим разнообразием. При производстве экспертиз по таким делам в исследованиях сведущего лица превалирует логическая составляющая. Такой же характер должны носить и оценочные суждения лица, определяющего достоверность заключения эксперта.

Несколько иначе обстоит дело в тех случаях, когда основным объектом экспертного исследования является полностью или частично обрушившееся (поврежденное) здание, сооружение либо строительный объект, полностью или частично утративший возможность выполнять свое функциональное назначение. Безусловно, выбор направления исследования, установление и обоснование причин и условий возникновения и развития разрушительных процессов в строительных объектах, выхода из строя их инженерных систем не могут не основываться на законах логики, однако наиболее ярко здесь представлена инженерно-техническая сторона деятельности эксперта-строителя. Это не может не отразиться и на подходах к оценке такого заключения. Маловероятно, что определение его достоверности может быть осуществлено без помощи соответствующих специалистов. Изучая заключение, следует обратить внимание на выбор методики обследования строительного объекта. В том случае, если экспертом не использовались наиболее распространенные методические подходы, изложенные в специальной литературе, то необходимо уяснить, обусловлено ли это спецификой объекта, события (его последствий) либо неосведомленностью эксперта. Последнее может быть установлено в процессе допроса эксперта и послужить основой для сомнений в достоверности заключения.

Проверке подлежат сведения об инструментах и оборудовании, использованных экспертом при натурном обследовании строительного объекта и лабораторных исследованиях. Здесь следует обратить внимание на следующее:

соответствовало ли техническое оснащение целям исследования (в ряде случаев при отсутствии необходимого оборудования используется имеющееся, что не всегда гарантирует должную точность результатов);

было ли оборудование в надлежащем (рабочем) состоянии (оно должно быть сертифицировано и периодически проходить проверку и выверку в порядке, установленном применительно к каждому элементу технического оснащения эксперта)[6];

соответствовал ли уровень подготовки эксперта (в ряде случаев это должно иметь документальное подтверждение) требованиям, предъявляемым к лицам, эксплуатирующим тот или иной инструмент, определенную единицу оборудования либо их комплекс.

Каждое из приведенных положений является весьма существенным и оказывает большое влияние на суждения о достоверности заключения в целом.

Тщательному изучению подлежат описание технических исследований, условий их проведения и результаты. Проверяться должны приведенные формулы, их расшифровка, точность расчетов, а также правильность интерпретации этого материала, которая осуществляется для обеспечения понимания изложенного неспециалистом.

В исследованиях, направленных на определение стоимости строительного объекта, а также стоимости работ и материалов, необходимых для проведения строительных и ремонтно-строительных работ, разумеется, превалирует экономическая компонента. Здесь также невозможно обойтись без специалиста: только с его помощью орган (лицо), назначивший экспертизу, сможет установить, действительно ли полученная в результате расчетов эксперта сумма будет достаточна для того, чтобы покрыть расходы, связанные с проведением необходимых ремонтно-восстановительных работ, а по определенной экспертом цене строительного объекта его можно продать на открытом рынке с соблюдением всех условий, предусмотренных законом.

Получив заключение эксперта, следователь (судья) в первую очередь знакомится с его выводами. Оценкой этой части документа, которая включает в себя и соотнесения его содержания с другими доказательствами по делу, заканчивается и процесс изучения заключения в целях установления его достоверности. При этом определяется следующее:

основаны ли выводы на фактах, установленных экспертом в ходе проведенных им исследований, и отражены ли они в исследовательской части заключения;

не были ли упущены или изменены при формулировании выводов какие-либо смысловые фрагменты, детали, которые отражены в исследовательской части заключения и имеют значение для дела;

не изменена ли в выводах степень подтвержденности данных, полученных в ходе исследования.

Последнее нередко встречается в практической деятельности экспертов: в исследовательской части заключения суждения излагаются в условной либо вероятной форме, а в выводах те же суждения становятся категорическими. В основном это объясняется стремлением эксперта придать выводам более лаконичную форму. Это несоответствие легко может быть устранено в ходе допроса эксперта.


 

[1] Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы сегодняшнего дня. – М.: Изд–во «Норма», 2001. с. 20.

[2] Там же, с. 172-173.

[3] Там же, с. 189.

[4] Корухов Ю.Г Проблемы совершенствования судебных экспертиз. – М., 1994. с 249.

[5] Духно Н.А., Корухов Ю.Г., Михайлов В.А. Судебная экспертиза по новому законодательству России (в уголовном, гражданском, арбитражном, административном процессах) / Под ред проф. Ю.Г. Корухова. – М., 2003. с. 251.

 

[6] Положения, приведенные в ч. 1 ст. 26.8 КоАП, содержат прямое указание на то, что под специальными техническими средствами понимаются измерительные приборы, утвержденные в установленном порядке в качестве средств измерения, имеющие соответствующие сертификаты и прошедшие метрологическую поверку.

 

 

 

117246, Москва, Научный проезд, д. 10 

Тел./факс  +7 (495) 230-84-94  

e-mail: mail@asnorg.org 

    

 

© ЭЦ "Академстройнаука". Все права защищены    

 

На главную