Главная

 

 

О нас

 

Услуги

Документы

Контакты

                                                                         

Оценка заключения эксперта

В учебниках по криминалистике и уголовному процессу, в методических пособиях следователям и судьям рекомендуется при оценке заключения эксперта как источника доказательств исходить из оценки компетенции эксперта, производившего экспертное исследование, современного уровня примененных методов исследования, полноты, логической и научной обоснованности выводов эксперта и т.д. Практика же убедительно свидетельствует, а анкетирование работников следствия и суда подтверждает, что в подавляющем большинстве случаев следователя и суд из всего экспертного заключения интересуют лишь выводы эксперта. Оценка ими заключения эксперта обычно сводится лишь к проверке полноты этих выводов, их формы и соответствия иным доказательствам по делу*.

Возникает вопрос: в чем причины подобной практики? Только ли в прагматичном подходе к оценке заключения, когда обращается внимание на те части заключения, которые прямо, непосредственно «идут в дело», т.е. используются в системе доказательств по делу, иди в другом — в сложности процесса оценки этого источника доказательств, а может быть, и в невозможности такой оценки в соответствии с декларированными критериями?

По нашему убеждению, следователь и суд, как правило, в состоянии оценить лишь полноту заключения эксперта, проверив, на все ли поставленные вопросы даны ответы и уяснив характер этих ответов. Могут они оценить и соблюдение экспертом необходимых процессуальных требований, и наличие у заключения всех требуемых реквизитов.

Орган, назначивший экспертизу, не в состоянии оценить ни научную обоснованность выводов эксперта, ни правильность выбора и применения им методов исследования, ни соответствие этих методов современным достижениям соответствующей области знания, поскольку для такой оценки этот орган должен обладать теми же познаниями, что и эксперт. Более того, существующая форма экспертного заключения не позволяет оценить даже компетенцию эксперта, проводившего исследование, поскольку содержит указания лишь на характер образования и стаж работы эксперта. Но ни первое, ни второе еще не свидетельствуют о том, что он достаточно профессионально решил именно эту экспертную задачу: о компетентности эксперта в вопросах конкретного экспертного задания судить по этим данным достаточно обоснованно невозможно.

Разумеется, не всякое экспертное исследование отличается такой сложностью, что становится недоступным для оценки его результатов следователем и судом, но то, что такие заключения не редкость в экспертной практике и что число их в связи с расширением возможностей экспертизы и усложнением экспертных методов постоянно растет, не вызывает сомнений.

Впервые с подобной ситуацией судопроизводство столкнулось в середине XIX века в связи с развитием судебно-медицинской и судебно-психиатрической экспертиз. Разрешить эту ситуацию должна была, по мнению немецкого процессуалиста К. Миттермайера, концепция эксперта - научного судьи, согласно которой заключение эк­сперта должно приниматься за истину и не подлежать оценке. Он писал: «Чтобы установить правильное понятие о доказательстве через экспертизу, нужно, прежде всего, отказаться от взгляда на нее как на свидетельское показание или вид личного осмотра. Все подобные аналогии ведут только к заблуждениям на практике. Очевидно, на экспертизу нужно смотреть как на особый вид уголовных доказательств, во многом похожий на косвенное доказательство или улики, так как там, и здесь дело сводится к целому ряду умозаключений… Исходным пунктом должна быть мысль, что сущность этого доказательства состоит в мнениях, высказываемых сведущими людьми по предметам их специальности». Достоверность экспертизы, по мнению Миттермайера, выясняется только путем исследования: «Есть ли в эксперте условия, ручающиеся за правильность его мнения? Судья определяет, есть ли ручательства за правильность мнения эксперта: а) в его личности; б) в его желании говорить истину, без обращения внимания на последствия его мнения для кого бы то ни было, самостоятельно, вне всяких влияний; в) в его свойствах, ручающихся за правильность сделанного наблюдения и правдивую передачу результатов последнего; г) в его знаниях и опыте; д) в самом способе изложения экспертизы, укрепляющем в слушателях убеждение, что она - результат спокойного, беспристрастного и основательного исследования».

Отечественная процессуальная наука отвергла теорию эксперта — научного судьи, как несущую на себе печать теории формальных доказательств. Однако аргументы в пользу возможности полноценной оценки следователем и судом заключения эксперта, теоретическая модель такой оценки весьма далеки от жизни, от реальной следственной и судебной практики. Думается, что следует в законе, избегая лицемерных формулировок, четко определить те критерии, которыми следователь и суд должны руководствоваться при оценке экспертных заключений, причем критерии реальные и общедоступные, и обусловить порядок использования в этих целях помощи (консультаций) независимых специалистов, призываемых именно для оценки заключений.

Что же делать при наступлении ситуации, когда в процессе разбирательства появляется недостоверное заключение специалиста, по форме своей надлежаще оформленное и кажущееся достаточно обоснованным? Выход один - контрэкспертиза. Рассмотрим это на примере недавнего случая, решение по которому Третейский суд при Торгово-промышленной палате РФ принял около двух месяцев назад.

В суд обратилась администрация одного из московских кредитно-финансовых учреждений с исковыми требованиями в размере 600 тыс. долларов США к иностранной строительной компании, реконструировавшей по контракту здание Истца. Истец утверждал, что контракт ответчиком исполнен не в полной мере, поскольку здание оказалось меньшей площади чем расчетная, а также подрядчиком нарушены условия контракта по срокам, качеству ценам и т.д. Ответчик не признал исковые требования истца и, в свою очередь, выставил встречные требования о взыскании с банка не доплаченных ему за выполненные работы денежных средств в общей сумме 550 тыс. долларов США и процентов за неправомерно удерживаемые банком денежные средства ответчика в размере 400 тыс. долларов США.

В обоснование своих требований банк предоставил суду экспертное заключение в котором его авторы утверждали, что по их расчетам отклонение от цены контракта, заключенного между истцом и ответчиком, составило 600 тыс. долларов США и сделали вывод, что на эту сумму банк имеет право соразмерно уменьшить оплату работ подрядчика. Ответчик заявил, что представленное банком экспертное заключение является недостоверным и обратился в «Академстройнауку» с просьбой выдать объективное экспертное заключение, ответив в нем на следующие вопросы:

1.     Насколько достоверны расчеты, сделанные в документе, представленном банком суду, по результатам которых отклонение в сравнении со стоимостью
фактически выполненных работ составило 600 тыс. долларов США.

2.     Насколько обоснованы в указанном документе утверждения о некачественном выполнении работ на данном объекте и об отсутствии во время производства работ системы контроля их качества.

3.     Достаточный ли объем информации использован авторами при подготовке своего экспертного заключения, чтобы выводы, сделанные в нем можно было
считать достоверными.

4.     Насколько корректны методы и достаточный ли объем исследований при
определении стоимости фактически выполненных работ использованы авторами заключения, чтобы признать полученную сумму завышения достоверной.

В своем отчете «Академстройнаука» отметила следующее: авторы «Заключения» указали перечень обязательств под­рядчика, выполнение которых необходимо проверить:

Задача: Проверка определений «общая площадь», «расчетная площадь» по условиям контракта и дополнений к нему в сопоставлении с СНиП 2.08.02-89* «Общественные здания и сооружения» и подсчет «расчетной площади» служебных помещений, получаемых при реконструкции здания.

Комментарий «Академстройнауки»: Авторами «Заключения» не обоснована необходимость проведения данной работы, имея в виду следующее:

·       Не определено, к какому типу зданий относится исследуемый Объект как до реконструкции, так и после реконструкции.

·       Неясно, о «расчетной площади» какого Объекта идет речь – реконструируемого или реконструированного.

·          На основании чего такая проверка должна быть вообще произведена и какое отношение (обязательные последствия) ее результаты будут иметь к определению стоимости фактически выполненных работ.

Исходя из выше названного, можно утверждать, что результаты исследований по данному вопросу будут неприменимы в части определения стоимости фактически выполненных работ подрядчиком.

Задача: Предварительная экспертиза объекта для обоснования претензий по ценам, срокам, качеству к иным условиям контракта и дополнений к нему.

Комментарий «Академстройнауки»: Исходя из формулировки задачи «Заключения» можно утверждать, что заданием является не установление объективной истины (стоимость выполненных работ и их качество), а обоснование неких претензий, объективность которых не подтверждена.

«Академстройнаукой» отмечено, что авторы допускают существенную ошибку, относя к обязательным нормативным документам Своды правил по проектированию и строительству, не отмечая то обстоятельство, что государственные стандарты, руководящие документы Системы и территориальные строительные нормы устанавливают как обязательные, так и рекомендуемые требования, авторы же все их представили как обязательные для исполнения подрядчиком.

Ошибочное определение перечня обязательных документов, использованных при подготовке «Заключения» привело к существенным ошибкам авторов в исследовательской части и неверным выводам. Не сообщено каким образом эти документы использованы.

Авторами не обоснована методика, применение которой в данном случае позволило бы получить достоверные результаты по определению стоимости фактически выполненных работ. Также не приводятся методики определения стоимости фактически выполненных работ на данном объекте и соразмерного уменьшения цены из-за некачественно выполненных работ.

По результатам оценки качества вы­полненных работ авторы не делают обязательных в таких случаях выводов о том, являются ли выявленные недостатки существенными или нет, устранимы они или нет, явились ли они следствием нарушения обязательных требований или имеются в результате того, что работы не закончены. Нет ответа, какова стоимость устранения этих недостатков.

Итоговый вывод: экспертное заключе­ние о произведенных затратах по рекон­струкции здания банка, является недосто­верным.

Суд согласился с мнением «Академстройнауки» и обязал банк выплатить подрядной организации 950 тыс. долларов США, включая набежавшие проценты.

 _____________________________________________________________________

* Белкин А.Р. Теория доказывания. М., 1999 С. 233-236.

 

Захаров С.В., Степанов С.Н., ASN Expert Group©

 

 

117246, Москва, Научный проезд, д. 10 

Тел./факс  +7 (495) 230-84-94  

e-mail: mail@asnorg.org 

    

 

© ЭЦ "Академстройнаука". Все права защищены    

 

На главную